Город молчит, но стены всё слышат.
Дождь тихо шепчет дорогам и крышам.
Люди бегают, каждый с крестом за плечами.
Грехи, как тени, ходят за нами ночами.

Мама молилась, чтоб сын не пропал, а сын
Хотел быть Богом, но снова упал.
Мы не святые, да, да и не демоны в робе.
Просто устали быть

Честными даже пред Богом.

Боже,
Смотри, мы тут все на нервах.
Любим, но раним.
Верим, но скверно.

Ты знаешь сердце, даже когда мы врём.
Прости нас за грехи,
Мы всё ещё идём.

Боже, смотри,
Мы тут все на нервах.
Любим, но раним.
Верим, но скверно.

Ты знаешь сердце, даже когда мы врём.
Прости нас за грехи,
Мы всё ещё идём.

Каждый второй тут — пророк без веры.
Каждый первый — герой, но только на сцене.
Бог видит больше, чем наши глаза.
Он слышит даже то, что нельзя сказать.

Мама молилась, чтоб сын не пропал, а сын
Хотел быть Богом, но снова упал.
Мы не святые, да, да и не демоны в робе.
Просто устали быть

Честными даже пред Богом.

Боже,
Смотри, мы тут все на нервах.
Любим, но раним.
Верим, но скверно.

Ты знаешь сердце, даже когда мы врём.
Прости нас за грехи,
Мы всё ещё идём.

Боже, смотри,
Мы тут все на нервах.
Любим, но раним.
Верим, но скверно.

Ты знаешь сердце, даже когда мы врём.
Прости нас за грехи,
Мы всё ещё идём.